mynych bwrgwyn (ondriaw) wrote,
mynych bwrgwyn
ondriaw

De inquisitio rusorum. Pars I.

I.c.g.l.. преп. Iосифъ Волоцкiй изъ восточныхъ святыхъ на иконахъ какъ то особенно схожъ съ доминиканцемъ въ орденской рясѣ. Думается, не у меня однаго такое впечатлѣнiе – даромъ, что ли онъ такъ нелюбъ въ МП. Ну вотъ никакъ не поймешь у него "духовно", все слишкомъ ужъ безъ экивоковъ. Особенно же съ нимъ тамъ не такъ, что онъ митрополита обличилъ въ ереси, и до соборнаго осужденiя, а это ключевой пунктъ для совѣсти всякаго сергiанина. И къ тому же еп. Геннадiй какъ разъ съ помощью доминиканцевъ Библiю и переводилъ. Тѣмъ паче, что Библiя какъ единый сводъ для чтенiя – это какъ разъ таки западная идея, въ Восточной Церкви ее использовали лишь по отдѣльнымъ книгамъ съ паремiями.
Не говоря уже объ очевидномъ: и преп. Iосифъ и свт. Геннадiй стоятъ поперекъ тому слюнявому образу "милосердiя" и "душевности", коiй у насъ такъ любятъ выдавать за идеалъ чего угодно: христiанства, цивилизацiи и особливо – "русскаго человѣка", противопоставляя его человѣку западному. "Просвѣтитель" – это продуманная и прочувствованная, взвѣшенная со всѣхъ сторонъ апологiя рускаго инквизитора. "Рускаго" – не въ томъ смылѣ, что и въ "Русском доме", а eo ipso, принадлежащимъ къ Старшимъ Варнамъ, т.е., кому по настощему вольготно ощущать себя въ правѣ на моральныя и матерiальныя блага западной цивилизацiи, безъ потребности какъ либо и кому либо эти права доказывать.
И вотъ тутъ умѣстно вспомнить, что я писалъ о родствѣ доминканства, попеченiемъ коего жила западная инквизицiя, и цистерцiанства, а также то, что послѣднее мощною волной дошло Свѣйскаго королевства, т.е. предѣловъ Новгородской земли. И сравните цистерцiанскую лаконичность съ новгородскимъ храмомъ Св. Георгiя – да хоша бы и тамошней Св. Софiей (мы вѣдь уже настолько привыкли къ мыли о томъ, что мы только беремъ съ Запада, неважно – нравится ли намъ эта идея или нѣтъ, что это изрядно-таки отдаетъ паразитизмомъ). Но съ другой стороны, стоитъ вспомнить, что новгородская школа иконописи живѣе и ярче красочностью противъ московской.
Руская интеллигенцiя, пытаясь отъ просвѣщенческаго рацiонализма возвратиться къ православiю, ключевые параметры того, что есть церковная ментальность, заимствовали въ Западной церкви какъ абсолютные, разъ навсегда данные. Хотя какъ разъ они и нуждались въ переосмысленiи, ибо безъ этого невозможно было по настоящему полноцѣнная жизнь въ Церкви, а не просто формальное "прихожанство". Я уже говорилъ о мистикѣ, на примѣрѣ свт. Николы Кавасилы. Отношенiе къ преп. Iосифъ Волоцкому и его "Просвѣтителю" – это примѣръ извращенiя понятiя ортодоξiя. И въ первую голову къ ея блюстителямъ – какъ къ дегенератамъ, у коихъ нѣтъ иныхъ удовольствiй въ жизни, кромѣ садистскаго подавленiя инакомыслiя и свободомыслiя.
Съ самаго начала: преп. Iосифъ строитъ полемику съ жидовствующими не какъ отвлеченный споръ идей, для него Ветхiй и Новый Завѣты связаны историческою преемственностью, это, скажемъ такъ раннiя и позднiя главы отечественной исторiи. Преемственность же эта не замыкается для него чисто идейными претензiями христiанства, но воплощена въ историчесiя реалiи – народа-Церкви, сузествующей въ государствѣ, и, соотвѣтственно, частные законы, коими управлялось это государство, существовали на основѣ единаго Моисеева Закона (Русь – черезъ Новый Римъ).
И здѣсь понятiе ортодоξiи – а слѣдственно, и обящанности инквизитора, ея блюстителя, - простираются не только на чисто метафизическую, но и на нацiональную мысль. И характерною особенностью руской нацiональной ментальности такимъ образомъ является ея историзмъ какъ отнологичность, вообще преимущественно свойственной Восточной Церкви передъ Западной, въ конкретно-временной перспективѣ. Иными словами, это значитъ, что руская ментальность стремится осмыслять дѣйствительность, и посюстороннюю, видимую физическимъ зрѣнiемъ, и ту, что называется обычно сверхъестественной, не столько путемъ отвлеченныхъ умопостроенiй, сколько рисуя ея картины съ предѣльно возможною историческою точностью и аутентичностью.
Эта черта подтверждается въ руской поэзiи. Напомню, греч. ποiέω букв. "дѣлаю", "творю", т.е. нацiональная поэзiя есть принципiальная модель отношенiя нацiи, ея воспрiятiя творчества. Руская поэзiя исторична, наиболѣе присущiй для нея способъ осмыслѣнiя дѣйствительности – въ живописномъ ея воспроизведенiи, и чѣмъ детальней и колоритней, тѣмъ глубже и вѣрнѣе. Даже сонетъ по руски – это наборъ картинъ, безъ отвлеченной метафизики, какъ въ западноевропейской лирикѣ, и поэтому у рускихъ поэтовъ, наиболѣе склонныхъ къ медитативности, - Тютчевъ, Лермонтовъ, Блокъ, Клюевъ, и т.д., - сонетовъ почти что и нѣтъ.
Tags: airyan, att kunna
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments